Бунтующий гений Микеланджело

Непримиримый и гордый, бунтующий и суровый, Микеланджело перенес все муки творческого человека эпохи Высокого Возрождения. Борьба, страдание, протест, неудовлетворенность жизнью, душевный разлад, поиски смысла бытия — вот что наполняло жизнь выдающегося мастера. Любимые герои Микеланджело — библейский пророк Моисей и Давид, мужественный Прометей, кроткая и смиренная Мария, оплакивающая сына Христа, — обозначили важнейшие вехи творческого пути художника.

МикеланджелоБуонарротиродился в 1475 г-1564 г., пережив Леонардо да Винчи и Рафаэля на четыре с половиной десятилетия, оставив далеко позади эпоху Высокого Возрождения. В последние годы жизни он стал свидетелем того, как грубо попираются идеалы гуманизма. Все это глубоко возмущало и ранило художника. В одном из своих стихотворений он писал:

Отрадно спать, отрадней камнем быть,

О, в этот век, преступный и постыдный,

Не жить, не чувствовать — удел завидный.

Прошу, молчи, не смей меня будить.

(Перевод Ф. И. Тютчева)

В историю мировой культуры Микеланджело вошел как блестящий мастер скульптуры. Уже в 23 года он создал удивительное произведение, которое принесло ему известность и славу. Тысячи паломников и жителей Рима ежедневно толпились у статуи «Пьета»в соборе Святого Петра. В городе только и было разговоров, что об этом произведении и о его великом творце. Хвалебным речам и заказам, казалось, не было конца. Один из кардиналов заказал у скульптора сразу 15 статуй для сиенского собора...

В своем творчестве Микеланджело последовательно отстаивал веру в безграничные возможности человека, в силу его воли и разума. Именно ему принадлежало создание ярчайшего символа эпохи — замечательной скульптуры «Давид» (1501—1504). «Флорентийский гигант» (высота 5,5 м) — так называли современники одно из самых прекрасных созданий художника. Вершиной художественного мастерства стала также скульптура библейского пророка Моисея, которой было посвящено сорок лет жизни...

В 1520 г. Микеланджело получил заказ на выпол­нение внутреннего убранства погребальной капел­лы герцогов Медичиво флорентийской церкви Сан-Лоренцо. Гробница известных представителей династии должна была обес­смертить их имена. Первоначально было задумано пять гробниц, но сделать удалось лишь две — у южной и северной стен капел­лы. Каждая представляла собой саркофаг, на крышке которого возлежат аллегорические фигуры «Утра»и «Вечера», «Дня»и «Ночи». Мастерство скульптора проявилось в умелом объедине­нии пристенных надгробий с архитектурой капеллы. В над­гробии Джулиано Медичи Микеланджело создал единый ан­самбль, обладающий необычайной силой эмоционального воздей­ствия на зрителей. Вазари очень верно оценил эту гениальную работу художника:

«...Изумляет он всякого мыслью, выраженною им в гробни­цах... Позы этих статуй так прекрасны, мускулы переданы так искусно, что, если бы искусство погибло, их одних оказа­лось бы достаточно, чтобы возвратить ему первоначальный свет». Идея трагического бессилия человека перед силой всесокру­шающего времени объединила все созданные им скульптурные образы. Фигура «Ночи» стала одним из самых ярких символов Жизни и Смерти. Сильная и красивая женщина спит, но сны её беспокойны и тревожны. Мучительно неудобная поза выражает скрытое движение, отрешенное выражение усталого и скорбного лица призвано подчеркнуть трагический смысл образа. Поэт Джованни Строцци не случайно написал о ней:

Ночь, что так сладко пред тобою спит,

То ангелом одушевленный камень:

Он недвижим, но в нем есть жизни пламень,

Лишь разбуди — и он заговорит...

(Перевод А. Эфроса)

Образы времен суток стали для Микеланджело отражением глубоких философских размышлений о смысле жизни и смерти.

Мы погоняем ночь, как скакуна,

И тщимся днем вкусить отдохновенье.

Надежда на покой обречена —

Его сулит нам только сновиденье.

А жизнь из разных нитей сплетена:

Добро и зло — друг в друге отраженье.

В незавершенной аллегорической скульптуре «День», выпол­ненной из грубо обработанного камня, заметны следы резца. Можно увидеть использование техники non-finito («не закончен­ное»), которую Микеланджело часто применял в скульптурных произведениях последних лет жизни.

Микеланджело соорудил анонимные гробницы, отказавшись от каких бы то ни было пояснительных надписей. И в этом также заключался глубокий философский смысл:

Напрасны эпитафии для славы —

К ней нечего прибавить иль убавить:

Со смертью всем деяниям конец.

      Четырнадцать лет жизни Микеланджело посвятил сооруже­нию этой гробницы, ставшей своеобразным реквиемом культуре итальянского Возрождения. Капелла Медичи была последним произведением, выполненным в родной Флоренции. В 1534 г. он отправился в Рим, где ему суждено было сделать не менее важ­ные художественные открытия.

Мировую известность Микеланджело принесли росписи сво­да Сикстинской капеллы в Риме, в которых нашли отражение трагические противоречия эпохи Возрождения. Он долго не со­ глашался, так как считал себя скульптором, а не живописцем, но Папа Римский Юлий II настаивал, и великому мастеру пришлось уступить. Ему предстояло расписать площадь в 600(!) м2. Отка­завшись от помощи учеников, Микеланджело все делал сам. Рабо­та растянулась на долгие четыре года и потребовала от художника большого напряжения физических и духовных сил. День за днем, ночь за ночью он проводил в капелле, сутками не спускаясь с ле­сов. Это был невыносимо тяжелый, поистине титанический труд.

По замыслу автора свод должны были украсить эпизоды со­творения мира и человека от первых дней творения до грехопадения, Всемирного потопа и истории Ноя. Художнику очень хотелось показать зрителям эволюцию духовного восхождения человека от низшего к высшему, от греховности к святости, от человека в толпе к идеальной и совершенной личности. Получив одобрение Папы Римского, Микеланджело приступил к работе... Так появились замечательные фрески «Отделение света от тьмы», «Сотворение Адама», «Грехопадение и изгнание из рая», «Потоп» и др.

В 1536—1541 гг. Микеланджело продолжил работу в Сикстинской капелле, украсив ее алтарную стену фреской «Страшный суд», ставшей апофеозом страдания и справедливого возмездия. Вновь здесь были возведены леса, и на них появилась фигура художника, с утра и до последнего луча солнца, наносившего мазки на свежую штукатурку. Как ему хотелось передать в красках человеческие чувства и страсти: надежду и отчаяние, измену и предательство, бессильный гнев и нестерпимую физическую боль, ужас и умиление, радость и восхищение...

Глядя на фрески, потрясенные зрители действительно испытывали смятение и страх, им мерещились крики и стоны несчастных, напрасно молящих о помощи. Ужас всемирной катастрофы и возмездия за грехи человеческие художественно представлен в сложных сплетениях тел, разнообразии поз и ракурсов, усилен богатством колорита, контрастами света и тени. В общей композиции, насчитывающей более 300 фигур, зрители различали души, воскресших к новой жизни: блаженных, святых апостолов, пророков и мучеников. Одни из них показывали раны на теле — зримые свидетельства земных страданий, другие смиренно ждали своей участи. Над душами тех, кого ожидало спасение, витали ангелы.

В центре концентрической композиции Микеланджело изобразил мощную фигуру Христа, карающего людей за совершенные грехи. В величественном облике Творца-Демиурга, в его страстном и волевом жесте нашел отражение диалектический взгляд художника на мир, сущность которого заключалась в постоянном столкновении противоборствующих сил. Поднятой правой рукой Христос обрушивает вниз фигуры грешников, пытающихся подняться вверх, а левой — притягивает к себе избранных, стоящих справа от него. Его фигуру можно воспринимать не только как орудие справедливого возмездия, но и как единственную точку опоры, надежду на спасение и созидание нового. Именно это обстоятельство выявило суть авторского замысла, определило оптимистический характер восприятия монументальной фрески.

Долгий и трудный путь на земле Микеланджело закончил со­зданием вознесшегося к небесам купола собора Святого Петра в Риме. В городе, некогда поразившем его творческое воображе­ние, ему суждено было оставить вечную память о себе. В предло­женном им проекте нашла воплощение идея центрального ку­польного сооружения, усилившая монолитность и динамичность всего архитектурного облика. При жизни мастера были заверше­ны алтарные стены и пилоны, начал возводиться купол. Мике­ланджело не суждено было увидеть свою работу завершенной, за­мысел архитектора был воплощен по его проектам и чертежам уже после смерти.

Умирая, Микеланджело оставил краткое завещание: «Я от­даю душу Богу, тело земле, имущество родным». В своей жизни он сделал гораздо больше: он подарил человечеству свои бес­смертные творения, снискав в веках славу Гения.